Трудные леди школы Бауман  - Марина Болдова

Как выяснилось, ничего из ряда вон с ней не происходит. Она даже возмутилась, когда врачиха, осмотрев ее и вроде бы даже выслушав жалобы на утреннюю тошноту, ласково так спросила: «Десять недель. Рожать будешь или аборт сделаем?» Вика огрызнулась, что, мол, не надо делать вид, что у нее есть выбор. На что получила спокойный ответ:

– Выбор, девочка, всегда есть. Только за тебя его никто не сделает. Либо безответственно рожаешь в пятнадцать лет ненужного тебе ребенка. Скорее всего, нездорового, учитывая обстоятельства зачатия и твое на тот момент состояние. Либо избавляешься от плода.

– А как же грех?

– А где больший грех – обречь свое дитя на нелюбовь матери или не дать воплотиться несчастной душе?

Вика оторопела. «Мамочка, ты где?» – задала она безмолвный вопрос и тут же наткнулась на ожидающий взгляд докторши.

– Я подумаю.

– Хорошо. Иди и пригласи войти Ксению.

Вика, выйдя, кивнула Ксюше и ткнула пальцем на дверь кабинета. Та посмотрела на нее с испугом.

– Боишься? В первый раз, что ли? – удивилась Вика.

– Да.

– Лиха беда начало, – подтолкнула Вика, усмехнувшись. «Ну и дите эта Ксюха!» – подумала она.

Здесь все было не так. Ощущение, что ее дурачат, не проходило. Не может в таком заведении не быть запретов. «Хотя есть один – нельзя за ворота!» – почему-то обрадовалась она.

Нащупав в кармане пачку сигарет, вспомнила, как сидела в курительной комнате на обитом бархатом диване и стряхивала пепел в изящную пепельницу. Вика даже сначала и не поняла, для чего эта яркая вазочка на столе – та была девственно-чиста. Поискав глазами сосуд попроще, она чертыхнулась и ткнула окурком в нее. Освежающий воздух от работавшего кондиционера быстро выветрил сигаретный дым, и Вика поймала себя на мысли, что курить больше не хочется. Посидев просто так, вдруг кто зайдет, она еще раз осмотрелась и вышла. Скучно. Оказывается, курить весело только в компании. Под мат и звон бутылок с пивом. И когда знаешь, что могут поймать. А так…

Вика прошла мимо курилки и повернула по коридору в сторону, где, как она помнила, находилась бильярдная. Приблизившись, она услышала голоса.

– Ленок сейчас уже во Франции, – мечтательно произнес тонкий девичий голосок.

– Завидуешь? Негоже! – насмешливо ответили баском.

«Ого! Мужчинка!» Вика осторожно заглянула в комнату. В бильярдной были двое: высокий парень в очках и девушка в розовых брючках и топе. Волосы девушки были собраны в пучок красной резинкой. Такими же красными были и летние мокасины на ногах.

«Женская школа, называется! А это тогда кто? Трансвестит?» – подумала она о парне.

– Виктория, пойдемте со мной, – раздалось совсем рядом. Вика обернулась. Так и есть. Надзирательница Ада.

– Куда еще? Я с медициной уже пообщалась.

– Вот и хорошо. А теперь вас ждет пани Ядвига. – Ада Карповна шла впереди, не оборачиваясь и не проверяя, идет ли за ней Вика.

Пропустив ее в комнату, Ада Карповна закрыла дверь с той стороны. Вика, вдруг испытав безотчетный страх, попятилась назад. Она уже уперлась спиной в закрытую дверь, когда стоящая лицом к окну женщина обернулась. У Вики подогнулись колени. Она на миг зажмурилась, словно от резкого перехода от тьмы к свету. Ядвига мягко улыбнулась и показала рукой на кресло. Вика села, и сразу же по напряженному телу пробежала волна тепла. Слегка закружилась голова: в комнате было не то чтобы душно, но пахло чем-то непривычно терпким.